Как нож в сердце, были эти слова для Йозефа. Но Анна принялась доказывать, что именно грешник нуждается в исповеди. Тогда Михель прочёл из Библии о причастии, о том, что нельзя принимать его недостойно.

— Но ведь священник прощает нам грехи, — не отступала Анна.

Долго убеждал её Михель, что грехи прощает только Бог, а непримиренный с Богом и с теми, перед кем виноват, вкушает хлеб и вино в осуждение себе. Но всё было напрасно, Анна не соглашалась.

Йозеф знал, что не мог идти к причастию, не повинившись перед братом. Но как страшна была его вина! Ведь он не устоял, и попрежнему они жили с Анной, как муж с женой, и не могли расстаться. А Мартин, хотя был немногим старше, обращался с ним с отеческой нежностью. И чем он, Йозеф, воздал брату?! Пусть никто ничего не замечает, но долго ли может так продолжаться? Душа Йозефа жаждала прощения. Если бы это был только его грех! Он сознался бы, чтобы избавиться от страшной тяжести.

Йозеф не находил себе места, будущее страшило его. «Нужно идти к Мартину! вдруг осознал он. — Пусть даже он выгонит из дому, всё лучше, чем эта мука! « Он должен взять всю вину на себя, сказать, что соблазнил Анну, так будет легче Мартину. Исполнившись решимости, Йозеф побежал к дому, нельзя было терять ни минуты.

Мартин мирно спал в пристройке, где братья часто ночевали вместе. «Так спать может только примирённый с Богом человек, — подумал Йозеф. — Разбудить его теперь и рассказать о том, что жена ему неверна?! « У Йозефа руки опустились. Нужно было дождаться утра.

Йозеф проснулся от прикосновения Анны.

— Вставай скорее, мы опоздаем к причастию!

— И ты хочешь идти?! Анна, ведь мы не примирились с Богом! — сказал в страхе Йозеф.

— Видно, и тебя уговорил этот святоша с лесопилки, — Анна презрительно усмехнулась.

— Уговорам я не поддаюсь! — рассердился Йозеф. — Но меня мучает наша вина! Мы недостойны идти в Божий дом, не признавшись во всём Мартину.

Анна отшатнулась в испуге.

— Иди, жалуйся! Посмотрим, кому Мартин поверит, тебе или мне. Я ни в чём не признаюсь!

— Тогда лучше не пойдём на причастие… — стал уговаривать Йозеф, чувствуя, что Анна сделает так, как сказала.

— Как хочешь, я пойду с мужем! — заносчиво ответила она.

— Не греши против Бога!

— А разве он мне не муж? — спросила она с издёвкой.

— Ты только сейчас об этом вспомнила? Ты не думала об этом, когда…

— Замолчи! Что было, то было… Забудь об этом!. Я пойду на причастие, получу прощение грехов, и всё будет, как прежде, до тебя!

Анна выбежала за дверь. «Теперь и ты можешь идти к причастию, и всё будет хорошо», — словно нашёптывал кто-то Йозефу.

Перед уходом Анна в присутствии Йозефа простила мужа заученными словами. Мартин обратился к брату, и тому показалось, что земля уходит у него из-под ног. Ни за что на свете не произнёс бы он: «Бог простит тебя».

По дороге в церковь Анна так и льнула к мужу, улыбалась ему, как невеста жениху, будто хотела вознаградить наконец за всё. Она словно не замечала прикованного к ней взгляда Йозефа. А в сердце несчастного любовника разгоралась ревность. Лишь теперь понял он, как привязался к Анне.

Ни слова не расслышал Йозеф из того, что говорил священник, проповедь казалась ему непонятным шумом. Бездумно подходил он к алтарю — для прощения грехов, с которыми не мог расстаться, для причастия, которое подавалось со словами: «Дано для прощения грехов вам, примирённым с Богом, будущим наследникам Царства Небесного». В третий раз склонившись рядом с Мартином и увидев его светящееся радостью лицо, Йозеф едва сдержался, чтобы не ударить брата.

Анна благоговейно склоняла голову, спокойно отвечала на вопросы священника. Пусть Мурани говорит что угодно, её грехи прощены! Теперь она могла жить, как прежде. Выходя из церкви, Анна заметила, каким взглядом провожал Йозеф Мартина. Победная улыбка заиграла у неё на губах. Чем преданней она будет мужу, тем желаннее — для Йозефа.

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 1
  Стояла чудесная весенняя пора, пели соловьи, всё было в цвету. Земля нарядилась, как невеста для встречи жениха. Красота царила всюду, но окрестности мельницы Зарадски казались просто раем, созданным когда-то для Адама и Евы. За мельницей зеленел горный склон, а у его подножия текла прозрачная река, подобная потоку жизни. По обе стороны реки раскинулись луга, [...]
• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 7
  У Зарадски началась полоса неудач. Коровы по-прежнему не давали молока, а на мельнице сломалось колесо. Все эти неприятности словно поджидали Томаса, чтобы помешать ему изменить свою жизнь. И как он ни старался, не удавалось ему удержаться от грубых окриков и оплеух. Только жену мельник не трогал, словно не замечая её. С тех [...]
• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 15
  В лесу братья Лани валили огромный дуб. Ствол стонал, словно ощущал смертельные удары. Йозеф в последний раз ударил топором, и братья отбежали в сторону. Дерево застонало совсем жалобно и с шумом упало на землю. — _ Знаешь, Йозеф, — сказал Мартин, подходя к дереву, — в Слове Божьем тоже говорится о сваленных [...]

Увидев Урзина, заплаканное личико её просветлело.

— Видите, Мирослав, — воскликнула она, — матушка моя умерла, но мы все с ней помирились!

— Не плачьте, пани Маргита, — сказал молодой человек, пожимая протянутую ему руку, — она не умерла. Разве вы не знаете, что Господь сказал: «Верующий в Меня не умрёт вовек»? Она жива по-настоящему только сейчас, когда увидела Господа Иисуса Христа, вырвавшего её из всех скорбей и утешившего её. Для неё все страдания кончились. Мы остались скорбящими, но мы все должны благодарить Господа, что Он упокоил её!

Маргита вдруг успокоилась. Она наклонилась к матери. О, какая чудная истина! Иисус Христос её утешил полностью. Она теперь у Него!..

В последующие дни, всю свою жизнь, как только Маргита вспоминала о своей матери, ею овладевало чувство счастья и мира.

— Да, теперь ты с Ним и знаешь Его лучше нас всех, — сказала Маргита со слезами.

Но это уже не были слёзы безутешной скорби. Они сняли последний гнёт с её сердца и позволили Маргите в эти тяжёлые дни быть светом для всей семьи.

Между тем Урзин подошёл к словно окаменевшему пану Николаю, для которого теперь, кроме умершей его дочери, не существовало ничего на свете.

— Ваша милость!

Старик очнулся словно из полузабытья.

— Она умерла, — сказал он, показывая на дочь. — Если бы я оставил её у вас, она бы ещё жила; но мы измучили её, мы отравили ей последние минуты жизни, и даже просить прощения у неё теперь невозможно.

Пан Николай вряд ли знал, что он говорил и к кому обращался; ему необходимо было облегчить своё скорбящее сердце.

— Она всех простила, ваша милость. В Царство Небесное зло не уносят. Души, перешедшие в иной мир, могут только благословлять, потому что они у Бога, а Бог — Сам любовь.

— Вы так считаете? — Старик Орловский схватил руку молодого человека, стараясь удержать её в своей. Он чувствовал, что Урзин владел чем-то, чего ему не хватало. В эти минуты ему нужна была опора. — Вы думаете, что она не попала в ад, что она ушла домой, как она верила?

— Сын Божий говорит: «Если будешь веровать, увидишь славу Божию». Она в Него верила, и Он не мог обмануть её надежды. «Приидите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас». Вот она и пошла к Нему, и Господь успокоил её. Когда пастырь находит заблудшую овцу, он её несёт не куда-нибудь, а домой. И она тоже была заблудшей овечкой, но Иисус Христос нашёл её, взял её на Свои плечи, и теперь Он говорит ангелам:

«Порадуйтесь со Мной, Я нашёл Свою пропавшую овцу». Она дома, ваша милость, но тело её ещё здесь, и мы должны что-то сделать, чтобы отправить её тело в последний путь.

— Вы правы…

Tags: ров, тур, Николай, РОГ, жизнь, зал, камень, мост, опора

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  Маргита Орловская, возвратившись после своего первого посещения церкви в Боровце, вместо дедушки нашла лишь его рукой написанную открытку, в которой он сообщал ей, что с утренней почтой получил письмо и что определённые обстоятельства потребовали его отъезда в Орлов. — Почему он меня не послал? — сердился Адам, только что вернувшись из Подолина. [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
  Наверное ещё ни одному человеку не казался таким долгим путь, как пану Николаю это небольшое расстояние от М. до Подграда. И возможно ещё ни один врач не ждал с таким нетерпением прихода родственников его пациента, как доктор Раушер в тот воскресный день в домике пани X. Наконец послышались шаги. Дверь отворилась, и [...]

Я пойду с тобой. Если Томас не извинится за свои проклятия и не накажет Еву, я тебя там не оставлю, мама, ты переедешь к нам!

Но это были лишь слова, Анна ни за что не стала бы жить с матерью. Ни дня не прожили бы они мирно. Мать привыкла командовать, а дочь давно разучилась быть послушной.

«Уж я вразумлю Томаса», — думала Анна, уверяя мать в своей преданности.

Запыхавшиеся, подошли они к мельнице. При виде бледного, изменившегося в лице сына мельничиха притихла. Но Анна была полна решимости.

— Как ты обращаешься с матерью? — накинулась она на брата. — Как ты мог её проклинать?

— Замолчи! — закричал Томас. — Кто тебя сюда звал?

— Ты можешь кричать сколько хочешь! Где твоя святая Ева? Хочу спросить её, может ли невестка быть такой наглой? Где она?!

— Что тебе нужно от моей жены? Она тебе не прислуга!

— Ты посмотри только, как он её защищает! — нервно рассмеялась Анна.

— Да, защищаю от вас, ведьм! Хорошие вы христианки: ходите в церковь и бегаете потом к ворожее!

Анна никак не ожидала услышать такое. Резкость, с которой говорил брат, испугала её.

— Мне самому давно нужно было выбросить все ваши снадобья и положить конец колдовству! — всё больше горячился Томас. — Ева сохранила дом от Божьего наказания, а ты, мать, избила её за это!

— Что я сделала? — закричала мельничиха в негодовании.

— Ты ещё спрашиваешь? Кто бил её на моих глазах?

С презрением посмотрев на мать, Томас отвернулся.

— Не бойся, я тебя не трону, но если Ева умрёт, я отдам тебя под суд. Расскажу, как и сам с ней обращался, потому что ты меня натравливала на неё. Расскажу, как ты колдовала, а потом столкнула её с чердака.

— Ты в своём уме? Да что с тобой? — начала примирительно мать. Она знала, что сын упрям и всегда стоял на своём. — Ты что из-за этого такой шум поднимаешь? Скажи, где Ева, мы поможем ей, если она так ушиблась.

— Вас только и не хватало! — Томас снова перешёл на крик. — Я хотел увести её к матери, но она не могла идти и около лесопилки упала без чувств. Теперь она у Мурани, тётушка Мурани позаботится о ней. Там-то ей никто зла не причинит! И пусть они все узнают!

Мать с дочерью испуганно переглянулись. Они стали упрашивать Томаса забрать Еву, но он был неумолим.

— Кто бы подумал, что из-за этого чудовища столько бед будет! — сокрушалась мельничиха, оставшись наедине с дочерью.

— Да, у тебя будут ещё неприятности! А что люди скажут? — вторила ей Анна. — Знаешь что, я пойду сейчас к Мурани и узнаю, что с ней, Я тётушке Мурани расскажу, как дело было.

— Да она, подлая, наверное, уж всё рассказала, — мельничиха готова была плакать от злости.

Кое-как успокоив мать, Анна пошла поговорить с братом. Но напрасно уговаривала она его смягчиться. Не помогли и слова о том, что мать может уйти и забрать всё с собой.

— Пускай уходит и забирает, что хочет, я её видеть больше не могу! Она обманула Еву, а потом натравливала меня на неё. А теперь, когда я её полюбил, мать чуть не убила её на моих глазах! Пусть идёт, куда хочет, я её не держу!

Испугавшись, что ей действительно придётся забрать мать к себе, Анна Незаметно ушла с мельницы.

А в лесной хижине тётушка Мурани с сыном по очереди сидели у постели Евы, с состраданием глядя на её пылающее лицо.

— Какая она красивая! — шёпотом сказала старушка. — Жаль, что попала в этот дом! Мельничиха женила на ней сына только потому, что надеялась на хорошее приданое.

Мать стала рассказывать Михелю о том, что говорили в селе о семье Зарадски. Но заметив, как печально сын смотрит на Еву, она замолчала. Ева застонала и открыла глаза.

Михель нагнулся к ней:

— Как вы себя чувствуете?

— Я не согрешила! — улыбнулась она. — Я всё выбросила в воду, им нечем теперь колдовать. Я так боялась, но теперь уже не боюсь. Умереть не так страшно, как жить. Я уйду домой, «в доме Отца моего обителей много»… Там моя доченька…

Ева снова закрыла глаза. Мать с сыном переглянулись.

— Бредит она, сынок. Что с ней делать?

— Сначала мы попросим Иисуса Христа о помощи, а потом пошлём за врачом.

— Но они не захотят платить за врача, — заволновалась старая женщина.

— Тогда заплачу я, мама. Ты помнишь, что сделал милосердный самарянин?

Я знаю, ты ведь не хочешь быть такой, как священник, который прошёл мимо раненого.

Михель с матерью опустились на колени у постели Евы и помолились. Потом Михель отправился за врачом, а тётушка Мурани осталась около больной.

Неподалёку от лесопилки Михель встретил Анну. Не решаясь посмотреть ему в глаза, она спросила:

— Ева у вас?

— Да, — спокойно ответил Михель.

— Что с ней?

— Она в бреду, у неё жар. Что вы с ней сделали?

Анна нарочито обиженно проговорила:

— Мы? А что мы могли с ней сделать?

Tags: ров, сила, хват, шум, Бог, Мат, Мел, Отк, РОГ, Толь, Церковь, атом, бор, вид, дело, доход, дом, еда, женщина, зал, кость, люди, лесной, лед, лицо, мост, нерв, нева, осмотр, помол

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 2
  Звон колоколов возвещал конец богослужения. Ева встревожилась, вспомнив об обеде. Нужно было начинать жить заново! Но как ей, пропавшей, жить, когда дитя её у Бога, а она так далеко от Него и не знает, как к Нему прийти. По просёлочной дороге люди шли с богослужения, разделившись на небольшие группы. Среди направлявшихся в [...]
• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 13
  Нночь опустилась над долиной. Ещё с вечера собиралась гроза. Небо было затянуто тучами, вдалеке гремел гром. А у плотины слышался сильный шум воды. В эту ночь, когда всё живое искало укрытия, свекровь наказала Еве оставаться в хлеву и разбудить её в полночь. Нужно было напоить снадобьем ещё одну корову и двух бычков. [...]
• Пропавшие. Кристина Рой. Глава 8
  В глубокой задумчивости шёл Михель по лесу, как вдруг услышал неподалёку голоса. — Поверь мне, Анна, я сбился с пути. Я люблю тебя так, что иногда нет сил это вынести, всюду только о тебе и думаю. Но и о нём тоже... Михель узнал голос говорившего. — А зачем [...]

«Ах, дедушка здесь спит, — удивился Адам, остановившись возле него. — Какой он бледный и осунувшийся! Уже два дня он жалуется на головные боли. Не заболел бы! — подумал он. — Хотя доктор Лермонтов говорит, что нет ничего опасного, что это от его душевного состояния, но врачи могут и ошибаться. Но почему я думаю о худшем?»

Он поцеловал свисавшую руку деда и уложил её поудобнее.

Старик пошевелился.

— Фердинанд! — пробормотал он.

«Что ему снится?» — подумал Адам испуганно.

— Фердинанд?.. — ещё тоскливее повторил старик. — И ты здесь,

Наталия? Мои дорогие заблудшие дети!

«Ах, зачем я ему о нём написал, — досадовал Адам. — Может быть, он бы дядю давно забыл. А теперь, когда умерла и тётя, он так много думает о них, что они ему даже снятся. Хоть бы узнать какие-нибудь подробности от маркиза Орано; но он явно избегает разговора об этом. Вот если бы дедушка сам его спросил…»

Адам ещё немного постоял возле дедушки, но тот не проснулся. Тогда Адам повернулся и ушёл. Когда он проходил мимо пышно цветущего куста роз, его щёки коснулась веточка. Он повернулся и отломил веточку с розой, подумав: «Она украсит головку Маргиты; как она ей будет к лицу!». Он попытался заглушить в себе нежные чувства, но не смог. «Я ведь тёте обещал, что сделаю её счастливой, — подумал он, — а у меня так мало возможностей побаловать её. Поездка и похороны заняли почти неделю. Она много времени уделяла Никуше, а теперь с приездом профессора я опять загружен работой в Подолине. Мы ещё так мало говорили друг с другом, собственно, один только раз на балконе…»

Адам снова вспомнил тот момент, когда Маргита в своей скорби, ища у него утешения, прильнула к нему. И теперь, когда его сердце сильнее забилось от желания повторения того сладостного мгновения, под чьими-то ногами заскрипел песок, что прервало его воспоминания. Он поднял голову и увидел Маргиту. Она шла ему навстречу. На руке её висела снятая с головы шляпка с венком свежих полевых роз. Она шла задумавшись, и Адам едва успел скрыться за кустамида обочине, чтобы, когда она поравняется с ним, заключить её в объятия. «Она прекраснее всех роз», — подумал он.

— Адам, это ты? — испуганно произнесла она.

Он обнял её, но она и не пыталась освободиться. Наоборот, синие её глаза так засветились, что в сердце молодого человека ещё сильнее вспыхнул огонь.

Tags: ров, уступ, язык, Город, Иерусалим, Николай, РОГ, Церковь, жизнь, зал, замок, мыс, мост, отдых, парк

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  Маргита Орловская, возвратившись после своего первого посещения церкви в Боровце, вместо дедушки нашла лишь его рукой написанную открытку, в которой он сообщал ей, что с утренней почтой получил письмо и что определённые обстоятельства потребовали его отъезда в Орлов. — Почему он меня не послал? — сердился Адам, только что вернувшись из Подолина. [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  И снова наступил вечер. На дворе было так холодно, что казалось, будто даже звёзды на небе застыли. Но в библиотеке Орловских было тепло и уютно. Красноватое пламя камина освещало пол, покрытый коврами, и разрисованный потолок, деревянные стеллажи с книгами, этажерки, уставленные арабесками, различными фигурками и кристаллами, большие бронзовые вазы и искусственные букеты. Отсвет пламени [...]

— Привет тебе, моя Маргита! В первый же день ты выполнешь своё обещание и приходишь сюда, чтобы наши запылённые древние миры оживить блеском твоего присутствия?

— Я пришла за вами.

— За нами? По какому такому важному делу?

— Обед на столе. Не забывайте, что вы ещё не мумии и нуждаетесь в хлебе насущном, — пошутила она, подбежав к столу профессора.

— Ну, подожди у меня! Благодарим за комплимент!

— Простите меня, сударыня! — завертелся профессор на своём стуле, — но я совсем не голоден, и нить моих мыслей может оборваться.

— О, вы её снова найдёте! Идёмте, прошу вас.

Взгляду этих очаровательных глаз никто не мог противостоять. Профессор встал, Маргита взяла его под руку и, шагая рядом со стареньким учёным, она казалась ещё моложе и привлекательнее.

«Она хорошеет с каждым днём», — подумал Адам.

Весело разговаривая, они пришли в столовую. В кресле сидел уже пан Николай, а рядом с ним, положив руку на его плечо, стоял Аурелий.

— Смотри, Маргита, — сказал Адам, — он нас с тобой совсем вытеснит из сердца дедушки!

— Этого я не опасаюсь, — возразила она с сияющими глазами. — Ты уже давно укоренился в его сердце, и у меня в нём есть прочное местечко. Аурелий заполняет лишь ту пустоту, которая образовалась там со времени смерти моей матери и которую никто из нас не мог заполнить; а за это мы должны благодарить Господа.

— Ты права, об этом я не подумал. Дедушка теперь оживёт.

— Какой ты задумчивый! — сказал Адам, обнимая Никушу, стоявшего у окна. — Не о прекрасных ли синих глазах мечтаешь?

— Нет, сейчас нет, — возразил Никуша, краснея.

— Нет? Так о чём же?

Я думаю о Мирославе, скоро ли он вернётся?

— Вот как? Разве он с вами не пришёл?

— Нет, он в долине Дубравы.

— А ты теперь его дождаться не можешь, чтобы поделиться своим счастьем? — поддразнивал его Адам, который очень рад был его обручению.

— Ты прав. Ещё недавно я делил с ним моё несчастье и боль, поэтому мне хочется поделиться с ним и радостью.

— Ну, конечно! Но то, что барон Райнер вчера пришёл к нам.

— Очень интересно! Жаль, что нас не было дома!

— Да, жаль. Но, может быть, он заедет к нам на обратном пути.

— Мне бы очень хотелось поговорить с ним

— Мне тоже. Он приятный человек, прямая противоположность большинства новоиспечённых дворян. Однако Маргита зовёт нас.

Tags: ров, уступ, Город, Николай, РОГ, декор, зал, камень, мыс, мост, окно, парк, поход, погост

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
  Пан Николай Орловский был в салоне один. Около получаса он простоял на веранде, глядя вслед своим детям, отправившимся навстречу ожидаемым гостям. И сейчас ещё перед его глазами стояла эта прекрасная пара. Они его просто поразили! Как он злился по дороге из Подолина на Адама за его холодное отношение к Маргите! Но, вернувшись, [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ
  Когда Маргита Орловская возвращалась от своего брата в Горку, приехал домой и Адам Орловский. Как обычно, он спросил, где хозяйка дома. Узнав, куда она отправилась, он, не заходя в замок, пошёл прямо ей навстречу. По дороге он остановился. Под большим клёном по велению Маргиты были сооружены удобные деревянные скамьи. На одной из них, укрывшись [...]

— О, пожалуйста, пан Урзин! Откуда вы идёте? На улице такой ветер, будто зима хочет вернуться.

Бог даст, этого не будет.

Молодой провизор снял свой плащ и подсел к огню. Пани Прибовская подложила в печь дров.

— Вот посмотрите, пан Урзин, — сказала она, разворачивая довольно большой пакет, какую я сделала покупку. Пан Коримский мне поручил купить материал на костюмы для обоих учеников. А сегодня приходил сюда знакомый человек с мануфактурой, так я у него и купила. Что вы скажете?

— Хорошее сукно, и цвет красивый.

— Верно? И только по два гульдена за метр. Это же недорого!

Он мне так дёшево уступил материал, потому что это был остаток.

У него было также очень хорошее чёрное сукно, и я подумала, что оно вам бы очень подошло, пан Урзин.

— Мне? — удивился молодой провизор. — Мне, слава Богу, одежды сейчас не нужно, у меня достаточно.

— Так уж и достаточно! — возразила пани Прибовская недовольно. — У вас всего два костюма, и ваш выходной костюм уже далеко на новый.

— Вы знаете, тётя, сколько одежды было у Иисуса Христа?

Едва ли две, а ученик не больше своего учителя.

— Это так, но если я закажу для учеников костюмы, они будут лучше одеты, чем вы, пан Урзин.

— Только из-за этого меня никто-не примет за ученика — для этого я уже слишком стар.

— Это отговорка. Но почему вы так скупитесь для себя? Люди подумают, что вы так мало зарабатываете у пана Коримского, что не в состоянии даже прилично одеваться.

— Если это вас так беспокоит, дорогая тётя, — сказал молодой человек, приветливо улыбаясь, — то я ещё сегодня отдам свой выходной костюм погладить, и вы увидите, что он будет, как новый, потому что он сделан из хорошего сукна. Новый костюм я сейчас действительно не могу купить; да если бы и мог, я бы не хотел этото. Но раз мы уже говорим об одежде, вы не считаете, что у меня слишком мало белья?

— О нет, белья у вас достаточно, пан Урзин.

— Тем лучше!

— Но, пан Урзин, вы говорите, будто вы самый бедный человек.

А я однажды слышала, как пан Коримский сказал доктору Лермонтову, сколько он вам будет платить. Скоро уже четверть года, что вы здесь, вы получите заработанные деньги и тогда сможете приобрести всё необходимое.

Женщина ещё что-то хотела сказать, но вдруг замолкла. Ей показалось, что слова её больно задели молодого человека. Едва заметное выражение боли промелькнуло на его лице, но пани Прибовская это заметила. Она была рада, что пан Урзин начал другой разговор, и решила никогда больше не говорить с ним на эту тему.

Стук в дверь вскоре прервал их разговор.

— Это вы, Генрих? Скоро мы все соберёмся у пани Прибовской,

Tags: ров, тур, уступ, Город, РОГ, зал, мост

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  Маргита Орловская, возвратившись после своего первого посещения церкви в Боровце, вместо дедушки нашла лишь его рукой написанную открытку, в которой он сообщал ей, что с утренней почтой получил письмо и что определённые обстоятельства потребовали его отъезда в Орлов. — Почему он меня не послал? — сердился Адам, только что вернувшись из Подолина. [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ
  Когда Маргита Орловская возвращалась от своего брата в Горку, приехал домой и Адам Орловский. Как обычно, он спросил, где хозяйка дома. Узнав, куда она отправилась, он, не заходя в замок, пошёл прямо ей навстречу. По дороге он остановился. Под большим клёном по велению Маргиты были сооружены удобные деревянные скамьи. На одной из них, укрывшись [...]

Сердце пожилой женщины загорелось любовью к молодой маркизе. «Пан провизор прав, — думала она, — Иисус Христос её всему научит. Она не гордая и очень любит Никушу. С ним она будет счастлива и всем довольна».

Наконец пани Прибовская увидела своих господ счастливыми. Да, это были славные дни, когда все родные и знакомые окружали её любовью. И всё же покоя у неё не было, её тянуло домой, потому что она постоянно думала о своих обязанностях, которых сейчас было немало.

— Ты знаешь, Степан, — сказала она своему племяннику, — мы пану провизору оставили очень много работы. Я лучше господ знаю, сколько там работы. Я должна ему помочь.

В понедельник после обеда она собралась в путь. Когда пани Прибовская вечером вернулась домой, она всплеснула руками, увидев всё сделанное. Однако и для неё оставалось ещё много дел.

Во вторник под вечер в Подолинском парке прогуливались Коримский, Аурелий и маркиз.

— Дорогой дядя, — сказал Аурелий вдруг, — пан маркиз знает о твоём плане с Мирославом. Я хотел бы знать, сообщил ты уже ему о своих намерениях?

— Урзину? Нет! — аптекарь отрицательно покачал головой. — Я уже хотел это сделать, но не было времени. Но думаю, это дело потерпит ещё несколько дней. Я велел ему привести в порядок аптеку. Значит, он сделает это для себя, потому что после нашего возвращения я намерен передать её ему.

Лицо Аурелия помрачнело. Надменный тон в речи Коримского раздражал его.

— Я полагаю, что было бы лучше, не откладывать это дело, — сказал он задумчиво.

— Да ведь осталось всего несколько дней, — вмешался маркиз в разговор, — и неожиданность будет ещё приятнее, если Урзин получит приготовленную для своего шефа аптеку.

— Я тоже так считаю.

— Пан Коримский, пожалуйста, подойдите ненадолго к нам, и только вы один, — раздался в этот момент из ближайшей беседки голос Тамары.

— А нам нельзя? — спросил Аурелий.

— Нет, только мой отец, — возразил голос Маргиты.

— Тогда позвольте, — сказал Коримский улыбаясь и, поклонившись, удалялся. Аурелий и маркиз остались одни.

— Он тянет, — сказал Аурелий недовольно, а вы, пан маркиз, поддерживаете его в этом.

— Не огорчайтесь, Аурелий, — успокаивал маркиз доктора, — у меня тоже есть план, и я думаю, что всё выйдет наилучшим образом.

—

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
  Иногда дни и недели нашей жизни проходят без особых событий. А иногда каждый день имеет для нас большое значение. Такими значительными стали для Маргиты все шесть недель, что Коримские были в отъезде. Большую часть времени Маргита проводила в Горке вместе с дедушкой. Она старалась создать вокруг себя маленький рай, чтобы родные её, вернувшись домой [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  И снова наступил вечер. На дворе было так холодно, что казалось, будто даже звёзды на небе застыли. Но в библиотеке Орловских было тепло и уютно. Красноватое пламя камина освещало пол, покрытый коврами, и разрисованный потолок, деревянные стеллажи с книгами, этажерки, уставленные арабесками, различными фигурками и кристаллами, большие бронзовые вазы и искусственные букеты. Отсвет пламени [...]

Из Подолина директор Зарканый передал дедушке, что князь С. просит посетить его ещё сегодня для обсуждения купли-продажи замка. Дедушке пришлось уехать, а вернуться он сможет только завтра. Ему было неприятно оставлять только что приехавшую внучку одну, но изменить он ничего не мог. Покупка замка и то обстоятельство, что египетский вельможа поселится по соседству, её очень заинтересовали. Но так как посредником в этом деле был Адам Орловский, она и слышать ни о чём не желала. Она хотела помогать своему дедушке, когда он нуждался в её помощи, но только дедушке и больше никому.

И сейчас она не думала о Подолине. Её мысли были с теми, кто всё дальше удалялся от неё. Она беспокоилась о своём брате: не утомила бы его дорожная суета. Ах, как бы она хотела быть рядом с любимыми отцом и братом!

В своих раздумьях она вдруг вспомнила свой уход из А. и своё путешествие сюда, как она в тот день проехала несколько станций в сопровождении своей матери. Необходимости в этом не было, однако мать хотела проводить её хотя бы немного на её новом жизненном пути.

Перед внутренним взором Маргиты стояла женщина — её мать, горячо любимая мужем, но не любящая родную дочь… И всё же Маргите удалось обрести её любовь. В этом Маргита убедилась по глазам матери в последние часы перед расставанием. Маргита чувствовала это и теперь. В ушах её звучал необычно нежный родной голос, сказавший ей на прощание: «Маргита, будь пану Орловскому хорошей внучкой. Он очень благородный человек, он этого стоит». Тогда она не верила ей.

Теперь, когда Маргита снова обрела родного отца и знала дедушку, она лучше понимала мать. Ведь мать была дочерью деда, и, наверное, они когда-то очень любили друг друга. Однако, они были разлучены навсегда, и мать, должно быть, очень страдала, хотя она этого никогда не показывала. Что она переживала, когда поезд тронулся и увёз дочь к месту её счастливого детства? Теперь Маргита жалела свою мать, вспомнив, как она стояла на перроне и с тоской смотрела вслед уходившему поезду. Как ей, наверное, хотелось в тот момент вместе с ней поехать к отцу!

Но почему только к отцу?

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  Маргита Орловская, возвратившись после своего первого посещения церкви в Боровце, вместо дедушки нашла лишь его рукой написанную открытку, в которой он сообщал ей, что с утренней почтой получил письмо и что определённые обстоятельства потребовали его отъезда в Орлов. — Почему он меня не послал? — сердился Адам, только что вернувшись из Подолина. [...]
• ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. Кристина Рой. ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ
  Прошла неделя. Снова было чудное утро, наполненное светом и ароматом цветов. Этот аромат проникал в широко раскрытые окна рабочего кабинета Адама Орловского в Горке. Кабинет был очень уютно обставлен. Два письменных стола и секретер стояли между двумя кустами мирты и зеленью финиковой пальмы. Маргита с удовлетворением огляделась. Сегодня сюда придёт профессор Герингер, и [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]

«Не ты Его ищешь, а Он ищет тебя; не ты Его находишь, а Он находит тебя.

И всё, что совершает вера в тебе, — от Него, а не от тебя». М. Лютер

Перевод с немецкого Л. ГЕРМАН

1992

«А тем, которые приняли Его,..дал власть быть чадами Божиими» (Иоан. 1:12)

Давно уже слуги не видели своего старого пана в таком хорошем настроении, как в тот день, когда вернулся домой его любимый внук Адам Орловский. Старик так бодро расхаживал по своему имению, будто он помолодел на десять лет. И неудивительно, ведь он долгие годы жил в полном одиночестве.

Пан Николай Орловский ещё молодым приехал в Венгрию из Польши, где его втянули в политическую интригу, после чего он был вынужден оставить свою до самой старости горячо любимую родину. Однако ему удалось увезти своё состояние и приобрести имение в стране своего прибежища, недалеко от городка Подград. Вместе с паном Николаем приехали его красавица-жена и трое милейших деток. Скоро они прижились на новом месте.

Но счастье мимолётно. Умерла, пани Орловская. Она не смогла привыкнуть к жизни на чужбине. А через несколько лет и старший сын Адам умер от тоски по любимой жене, скончавшейся при рождении своего первенца, Адама.

Ещё до этой утраты между паном Николаем и его младшим сыном Фердинандом произошло что-то, что оставалось загадкой для всех. Было лишь известно, — что пан Фердинанд Орловский однажды ночью покинул отцовский дом, чтобы больше никогда сюда не вернуться. При пане Николае даже упоминать его имя было запрещено. Люди предполагали, что он чем-то опозорил честь рода Орловских.

После потери обоих сыновей у пана Орловского осталось только одно дитя — младшее и самое любимое, радость и гордость отцовского сердца — его дочь Наталия.

Имение Орловского, которому пан Николай дал название Орлов, находилось восточнее городка Подград. Город же назвали так потому, что расположился он у подножия старой крепости, возвышавшейся над ним, как памятник былой славы. Внизу, под развалинами крепости, проходила Замковая улица, на угловом доме которой золотыми буквами было написано: Аптека «Золотая лилия»

С давних времён эта аптека принадлежала семье Коримских и переходила от отца к сыну Коримские были очень богаты, и у Ивана Коримского был только один наследник, Манфред, которого он принудил дать обещание продолжать дело отца и не продавать аптеку даже после его смерти. Трудно себе представить, чего стоило гордому Манфреду Коримскому сдержать это обещание.

Вся округа была удивлена, когда пан Орловский, старый гордый дворянин, позволил своей единственной дочери, имевшей многочисленных обожателей, остановить свой выбор именно на Манфреде Коримском, который ни по своему положению, ни по чину,

Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)

• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  И снова наступил вечер. На дворе было так холодно, что казалось, будто даже звёзды на небе застыли. Но в библиотеке Орловских было тепло и уютно. Красноватое пламя камина освещало пол, покрытый коврами, и разрисованный потолок, деревянные стеллажи с книгами, этажерки, уставленные арабесками, различными фигурками и кристаллами, большие бронзовые вазы и искусственные букеты. Отсвет пламени [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  Маргита Орловская, возвратившись после своего первого посещения церкви в Боровце, вместо дедушки нашла лишь его рукой написанную открытку, в которой он сообщал ей, что с утренней почтой получил письмо и что определённые обстоятельства потребовали его отъезда в Орлов. — Почему он меня не послал? — сердился Адам, только что вернувшись из Подолина. [...]
• Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей. Тишина и [...]