В Подолине готовились к приёму гостей. Из Горки ждали пана Николая, Маргиту и Адама, а экипаж Тамары должен был привезти трёх господ Все они намеревались предпринять после обеда прогулку в близлежащие горы, подняться на живописную скалу, с которой, по утверждению Илоны Зарканой, был
Обед был закончен. В библиотеке за шахматами сидели пан Николай, маркиз, Адам и управляющий Зарканый. Профессор Герингер наблюдал за игрой. Маргита в сопровождении Аси и пана Вилье навестила Зарканых. Аурелий Лермонтов отправился в деревню к больному, а Тамара, предоставив Орфе драгоценную возможность побеседовать с Урзиным, прогуливалась в Коримским.
Девушка была несказанно счастлива, что её больной друг наконец впервые мог побывать у неё в гостях, побыть рядом с ней.
Она не его речей, отвести от него глаз. Как радостно было находиться рядом с ним среди этой благоухающей прелести цветущих лип, акаций и роз. Мир и жизнь были так прекрасны, а Иисус Христос так невыразимо добр. Он так чудно исполнил её молитвы! Сегодня Аурелий сказал, что в выздоровлении Николая, ему необходимо только окрепнуть, но опасаться уже нечего. Он не умрёт, нет, нет!
Как добр Иисус Христос! А её верить в Христа!
Во время разговора с Николаем Тамара вдруг вспомнила сегодняшнее утро. В тот момент, когда она встала после молитвы, вошёл Когда он заметил, что она делала, он хотел уйти, но она с мольбой бросилась к нему и он остался. Они сели и стали планировать сегодняшний день, прогулку. Он обещал узнать, можно ли подняться на одну из скал, так как Николаю Коримскому нелегко в этом походе. О многом они поговорили, чего уже давно не случалось.
— Отец, — забылась Тамара, — как силён Иисус Христос! Он мне вернул зрение, и я теперь могу участвовать в такой прогулке! Отец тотчас отстранился от неё. Побледнев, он сквозь зубы произнёс:
— Я знать, Тамара, когда ты перестанешь мучить меня этим именем? Сколько раз тебе говорить, что я слышать о Нём не хочу?
— Да, отец, — опечалилась она, — ты очень явно противоборствуешь этому дорогому имени; но поверь мне, я не могу молчать. Как может облагодетельствованный не благодетеля? Как может спасённый молчать о Том, Который спас его ценой Своей собственной жизни? Если бы у меня был брат, разве мне произносить его имя? Или ты мне не позволял бы говорить о моём женихе? А Иисус Христос для меня больше, чем брат или жених. Он всё это объединяет в Себе. Он — мой Бог, мой свет; Он для меня всё! О чём тобой и всеми другими людьми говорить, если о Нём нельзя упомянуть?
Наиболее схожие посты и статьи (генерируется автоматически)
Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ В прекрасном Подолинском парке в мягком кресле, покоилась его юная владелица.
Вокруг неё благоухали нарциссы и гиацинты. Над её головой шумела молодой листвой столетняя липа.
Неподалёку плескался ручеёк, берега которого украшали незабудки. Вокруг дочери востока простиралась райская красота западного майского дня, однако Тамара не обращала на неё внимания.
Её голубые глаза [...]
Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ Едва рассвело, когда Николай Коримский проснулся, подкреплённый целебным сном. И так как не было никого, кто бы ему в этом помешал, он уже через четверть часа стоял полностью одетый в коридоре. Кругом ещё было тихо. Лишь когда он спешил через двор к большому саду, услышал, что работники кормили коров и лошадей.
Тишина и [...]
Кристина Рой – ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ. ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ И снова наступил вечер. На дворе было так холодно, что казалось, будто даже звёзды на небе застыли. Но в библиотеке Орловских было тепло и уютно. Красноватое пламя камина освещало пол, покрытый коврами, и разрисованный потолок, деревянные стеллажи с книгами, этажерки, уставленные арабесками, различными фигурками и кристаллами, большие бронзовые вазы и искусственные букеты. Отсвет пламени [...]
Tags: ров, Николай, РОГ, арка, жизнь, зал, парк, поход